Медовый месяц
Анализируя свое чувство к «Ди Каприо», я вспомнила вычитанную в каком-то психологическом бестселлере теорию, по которой любовь расценивается как невроз, в свою очередь являющийся бегством от пре- дыдущего невроза. Мне даже дословно припомнилась цитата: «Сила любви прямо пропорционально силе по- родившего ее невроза».
Да, любовь была сильна, но не была слепа. Испы- тывая определенный душевный комфорт от наличия «милого рядом», я в то же время испытывала смутный дискомфорт от сознания, что моя жизнь уходит резко в сторону от правильного русла. Я не знаю, но догадываюсь, куда бы завела меня кривая, если бы не одно обстоятельство.
За эти дни я узнала о себе кое-что интересное и полезное. Самым важным открытием для меня стала степень приоритета стройной фигуры в иерархии моих жизненных ценностей. Я даже сочла было это какой-то очередной психической патологией, посетившей меня. Но успокоилась, прочитав в одной умной статье, что «заморочки» на своей фигуре вообще свойствены женщинам, мол, такова особенность женской психологии.
Прежде всего я возобновила привычку измерять свой вес по утрам (встретив «Ди Каприо», я ее забросила, как и многое другое). Оказалось, что за два месяца я прибавила б килограммов.
Потом я задумалась над тем фактом, что я не прибавляла в весе в период тесных взаимоотношений с предыдущим другом. А ведь и в его компании'я отнюдь не голодала — он был человеком состоятельным и работящим и денег на лакомства не жалел. Возможно, все дело и было именно в душевном состоянии? Но тогда это было лишь смутным проблеском догадки, которую мне еще предстояло подтвердить опытом.
И еще я сделала одно открытие, чудесным образом развеявшее чувство собственного бессилия и страх перед одиночеством. Если раньше я считала, что не смогу идти по жизни без опоры на «сильное мужское плечо», то события последних месяцев показали, что дело обстоит с точностью до наоборот. Я, прежде нуждавшаяся в мужчине, словно калека в костыле, оказывается, могла благополучно содержать не только себя, но и здоровенного двухметрового детину, который круглосуточно был, что называется, «сыт, пьян и нос в табаке». И это сознание уверенности в своих силах наполняло меня гордостью и спокойствием.
Теперь одиночество меня уже не так тяготило, ведь у меня появилась цель — вернуться в стройное тело. Скажу честно, что мне это удавалось с трудом, а если еще честнее, то почти не удавалось. И тем не менее килограммы уходили.
* * *
Расставшись с «Ди Каприо», я дала себе обет избегать страданий по поводу одиночества. В конце концов, оказалось, что одиночество бывает намного приятней и полезней иного общения. В известном изречении Хайяма: «Ты лучше голодай, чем что попало есть, и лучше будь один, чем вместе с кем попало», — определенно есть мудрость. А для того чтобы «не маяться дурью», я решила заняться собой.
Раньше я считала, что у меня нет средств на свое ублажение. Сейчас они нашлись легко: я решила целенаправленно потратить на себя ту часть бюджета, которая ранее отводилась на «прокорм и пропой» моего красавца. Лишний вес таял, как вешний снег.
Однако когда с полнотой было покончено, у меня как будто потерялась цель. Ну, похудела, похорошела, а зачем? Ведь я одна! Я вновь стала тяготиться одиночеством. Видимо, я еще не привыкла к новому образу жизни. Нет, я уже не испытывала прежних надрывных страданий, и всё же мне было печально: «Ведь все вокруг гуляют, что же я одна грущу?» Я перестала радоваться тому, что у меня есть, и стала печалиться о том, чего нет.
Думается, что эта история могла бы окончиться печально. У меня бы развилось ожирение или пивной алкоголизм или то и другое вместе взятое плюс куча болячек и вконец расстроенная психика. Однако вскоре передо мной предстал живой упрек моему поведению. Он воплотился в образе безнадежно запущенной «алкогольной семьи», вдруг поселившейся по соседству со мной.